На главную   |    Рекомендуем - {sape_links}

История осетин и вообще Кавказа в эпоху великого переселения народов весьма мало известна. Это время было слишком смутным, чтобы о нем могли сложиться какие-нибудь определенные сказания или предания; сведения же, почерпываемые из письменных источников, слишком неполны, чтобы можно было составить по ним об этом времени вполне ясное и отчетливое понятие.
Часть алан, обитавшая в степях на север от Азовского моря, ворвалась в Среднюю Европу. Соединившись с вандалами, они оттуда перешли на Пиренейский полуостров, где поселились в Лузитании (Португалии), и, теснимые здесь вестготами, пересе­лились в 430 г., все или только часть, вместе с вандалами в Север­ную Африку, где основали самостоятельное государство, суще­ствовавшее более 100 лет и уничтоженное в VI в. Юстинианом Великим. Аланы кавказские, по всей вероятности, укрылись от первого натиска гуннов в горных ущельях. Поселившись в южно­русских степях от Дона до Дуная, гунны неоднократно вторгались в Кавказские горы.
К одному из этих походов гуннов на Кавказ относится следу­ющий рассказ графа Ромула, прикомандированного к посоль­ству, отправленному императором Валентинианом III к Аттиле в его столицу на р. Дунае


При Юстиниане положение политических дел на Кавказе было следующее: по северному склону гор персы при Сассанидах давным-давно завладели Дербентом и всем Дагестаном. В Среднем Кавказе они проникли уже до Дарьяльского прохода и пределов Алании. Они подстрекали к восстанию против римлян разные горские племена, преимущественно аланов и абхазцев. В Закавказье вся восточная сторона находилась уже под властью персов, и римлянам осталась только долина р. Риона. Но и тут от могущественного соперника Хосроя Нуширвана угрожала римскому владычеству неминуемая опасность. Лазия отстала от рим­лян, а в горах открыто возмутились абхазцы. Ввиду подобной опасности Юстиниан должен был принять решительные меры. Он велел построить в Лазике приморскую крепость, Петру, кото­рая впоследствии была взята персами. Чтобы отразить нападение персидского полководца Мермероеса (549), Юстиниан отправил в Закавказье войска под начальством Дагистея.

Общество тагаурцев, а равно куртатинцев по происхождению — новые общества Валаджирского, Нарского, Закского и Джавского. Они образовались большею частью из беглых валаджирцев. Скажем сначала о происхождении тагаурцев и куртатинцев. Тагаурцы, как известно, обитают на реках Гизельдоне и Тереке, куртатинцы же — в ущелье р. Фиагдона. Местные жители, по крайней мере в Куртатинском ущелье, рассказывают, что в этих местах прежде, но уже очень давно жило другое осетинское пле­мя, по имени Бурдурта, и что оно по неизвестной причине высе­лилось за Казбек, в направлении к Труссовскому ущелью. По некоторым данным можно заключить, что нынешние жители переселились в эти места не раньше XV—XVI столетий, почему они ничего почти и не умеют рассказать о феодальном веке осе­тинской истории, хотя история этого века преимущественно разыгралась в этом же ущелье, как видно из необыкновенно большого количества построек, церквей с грузинскими надпи­сями и богатых кладбищ, очевидно принадлежащих к феодаль­ному период

Страна Дигория лежит к западу от Валаджира, в горных ущельях и отчасти на плоскости, преимущественно по течению рек Дурдура и Уруха с их притоками.
История этой замечательной страны в основных чертах представляет большое сходство с общим историческим развитием осетинского племени и заключает в себе весьма важное подтверждение тех идей, которые служат нам руководящей нитью для исследования этого древнейшего народа в Европе.
Вот как дигорцы рассказывают свою историю.
«Мы происходим от Дигура, но мало о нем знаем; сын же его, Джамбулат Дигур, первый поселился на речке Дигур-дон (приток Урух-дона). Сын Джамбулата, Астан, построил крепкий замок Астан — фитерда. Дети Астана поселились мало-помалу в других ущельях. В это время недалеко от жилища Астана поселился некто Хуиз с сыном своим Булатом. Соединившись вместе, дети Астана и Хуиза построили аулы: Гальята, Дунта и Камунта».


Мы выше говорили, что у осетин христианство когда-то пустило довольно глубокие корни. Язычники не стали бы строить христианские храмы и употреблять на эти дорогие постройки гро­мадный капитал. В Осетии же любознательные путешественни­ки, число которых, к сожалению, пока еще слишком незначи­тельно, могут часто встречать древние церкви в развалинах. В этой стране также слышишь часто из уст язычников, какими остается значительная масса осетин еще и теперь, христианские поговорки, поздравления и прощания и множество легенд о христианских святых, между которыми особенно чествуется Георгий Победоносец. Последнее обстоятельство — столь частое упоми­нание Святого Георгия Победоносца — заставляет нас предпола­гать, что осетины когда-то получили первые наставления в хри­стианстве из Сирии, а потом из Византии; в первых веках, вероят­но, — из Сирии, а позже, со времени Юстиниана, —из Византии. В эту последнюю эпоху осетины, как выше доказано, обитали более к западу от нынешней Осетии.

Со времени завоевания арабами Дербента и Дагестана, не менее и впоследствии, при персах, магометанство медленно, но верным шагом распространялось по Кавказу в направлении с вос­тока к западу. В Дагестане христианство вполне исчезло; зато оно сохранялось еще долго в Осетии и на «Черкесской горе» в «Стране христиан», как говорится во многих аварских и чечен­ских народных песнях. Оба религиозных течения — восточное, или магометанское, и западное, или христианское, — встретились в Среднем Кавказе. Весьма естественно, что при той низкой сте­пени развития, на которой стояли тогда кавказские горцы, маго­метанство должно было одержать верх над христианством. Но так как во многих обществах Западного и Среднего Кавказа, между прочим, и у осетин с давних пор уже не было никаких церк­вей и они были христианами только по имени, в существе же — язычниками, то победа в Среднем и Западном Кавказе, одержан­ная магометанством, собственно, не может считаться победою магометанства над христианством, но — над язычеством.

Осетино-кабардинская война вследствие продолжительности и ожесточенности своей имела самое пагубное влияние на благо­состояние и нравственность не только обеих воюющих сторон, но н всех остальных племен, обитавших в Среднем и Западном Кав­казе. Со времени принятия кабардинцами магометанства война эта получила религиозный характер, а известно, что нет страш­нее войны и нет сильнее ненависти, как та, которая берет свое начало от противоположности нравственных принципов. Но на этом злополучная судьба осетин не остановилась.
Всякая война, ведущаяся из-за религии, неминуемо влечет за собой и коренную перемену в социальном быту народов. Когда в северных окраинах Осетии сначала отдельные абреки, потом целые семейства, аулы и, наконец, общества стали принимать религию кабардинцев, тогда естественным образом война была перенесена в недра семейств и обществ, так что превратилась в кровавое междоусобие.



Опрос

Когда вам нужно найти какой-либо товар или услугу в Осетии, чем вы пользуетесь?

Другие опросы...