На главную   |    Рекомендуем - {sape_links}


ПОСЛЕ СТАТЬИ «УРОКИ БЕСЛАНА. МОМЕНТ ИСТИНЫ». Часть 2


Я думаю никто меня не заподозрит в желании опорочить святое для осетин. Когда я писала статью по Беслану, то думала о главной проблеме – причино-следственной связи наших нескончаемых несчастий, превышающих все разумные пределы смертности, с морально-этическими правилами и ценностями, которые мы исповедуем лицемерно и ханжески.
Я знаю, как многих в Осетии тяготит дешевая, ничего не стоящая привычка жить хвастовством - славный (арийский) род, фамилия (непременно князья), с кланами «рвадалта», чьи предки (белая кость) превосходили других.
Болезнь эта, когда личность не дает себе реалистической оценки, а идентифицирует себя с фантомами предков-сверхличностей, дает результат потери самого себя и полной безответственности за свои поступки. Это беда для любого мононационального общества.
А когда приходит действительная беда под названием «Беслан» и порождается напряжение, разрывающее мозг и сердца, то все становится неважным, кроме боли и ощущения бессилия что-либо изменить. Это словно расплата за все, что попустили в своем самообольщении, за лицемерие и ханжество, как лично каждого, так и общенациональное.
В любом событии могут проявиться личности, даже сверхличности. Но, как правило, это те, которые не бьют себя, войдя в раж, в грудь: «Аз дан ирон!» Но эти личности и есть носители настоящего духа иронов.
Мы не можем не признать, что поведение наших мужчин в момент кульминации события - это было наследием древних традиций мужества, выдержки воинов, готовых безоружными на школу, а потом ринуться под пули за детьми.
Когда пытаешься осмыслить происходящее, то берешь во внимание самые разные аспекты, и вдруг обнаруживаешь нечто такое, что я написала о Хетаге.
Человечество во всех религиях и философиях всегда осознавало, что связь греховности с последствиями нерасторжима, давая тем самым пищу своему сознанию думать, как исправить свое положение.
Общество так и движется по своему пути, вначале что-то происходит, заимев этот опыт люди начинают задумываться, как и почему это происходит, осознав себя, делают шаг к изменению своего сознания. И все это для того, чтобы научиться избегать повторения этого.
В вопросе о Хетаге все претензии не ко мне, а к Андухапару Хетагурову, двоюродному брату Коста, образованному осетину 19 века, жившему в Санкт-Петербурге. Но я сознательно приняла на этот раз его версию, используя право разобраться в том, что столь запутано. Честно признаться, при нашей исторической безграмотности одно понятие может подменить другое. И главное здесь отделить зерно от плевел, потому что закладывается опасность заблуждения. И в роще, обозначенной как святое место каждый, по логике, должен оставаться наедине с Богом и думать - какие я допустил грехи, спасет ли меня Бог, если я, так же, как Хетаг, попаду в опасность?
Личность Хетага по рассказам древних
Сведения об осетинском происхождении Хетага брались из устных рассказов стариков.
Согласно историческому очерку самого представителя фамилии Хетагуровых - «Хетаг, по преданию, переходившему от поколения к поколению, был сыном кабардинского князя Инала. По одному преданию, он был заложником где-то на юге России, по другому, был послан отцом для учебы в Крым. Там он принял христианство. Вернувшись в Кабарду, он скрывал это, когда же случайно обнаружилась его измена исламу, родственники хотели убить его, и он вынужден был бежать из Кабарды к Алагирскому ущелью. Когда погоня стала настигать его близ Суадага, он услышал громкий призыв из леса, раестущего на северном склоне Кавказских гор: «Хетаг, к лесу!». Хетаг ответил: «Не Хетаг к лесу, а лес к Хетагу!».
И тут поднялась из леса большая роща и окружила Хетага в поле. Напуганные преследователи вернулись в Кабарду. Роща с тех пор считается священной и неприкосновенной у осетин. Некоторое время Хетаг прожил в местечке Суадаг, близ рощи».
Все это хорошо и по-божески, - думаем мы. Но тут начинается другое, что страшно звучит: «Живя здесь, он делал набеги на Кабарду, угоняя скот и ПОХИЩАЯ ИНОГДА ДАЖЕ ДЕТЕЙ».
Столь разбойные действия «…заставили кабардинцев организовать охоту на Хетага, и он принужден был перебраться выше по течению реки Ардон в местечко, называемое Бираг-Занг. Вскоре обстоятельства в виде нового нажима со стороны врагов заставили его покинуть и Бираг-Занг и углубиться в Алагирское ущелье до селения Цми, где он прожил тоже некоторое время, а потом перебрался в селение Нар и окончательно устроился там на скалистом мысе, образуемом сливающимися здесь двумя реками».
Из Нара Хетаг продолжал свои набеги на Кабарду. Оставив в Наре беременную жену, он с товарищами снова отправился за добычей, при этом похитил несколько кабардинских мальчиков и распродавал их в Грузии. Последнего непроданного мальчика он согласился уступить одному старику, предлагавшему за это три совета. Вернувшись ночью, Хетаг увидел в постели с женой мужчину.
Но Хетаг не вынул из ножен кинжал, чтобы заколоть незнакомого мужчину, а, дождавшись утра, увидел, что это его собственный сын, рожденный в его 7-летнее отсутствие.
«Я привел предания о Хетаге без прикрас и в том виде, в каком слышал их от стариков. От критического разбора их воздерживаюсь: думаю, что всякий интеллигентный человек будет в состоянии отделить в них возможное от фантастических наслоений». Так заканчивает свою запись о Хетаге Андухапар Хетагуров.
Василий Хетагуров (полковник, убит на Австрийском фронте в 1917 г.) наводил справки в Кабарде во время одной из конных переписей, по которым Хетаг опять же числился знаменитым разбойником, кого-то убил, бежал в горы.
Всякий современный российский гражданин, изнасилованный телевизионной агрессией, непременно подумает, как дважды повезло сыну Хетага: во-первых, не нашлось бандита, который в отсутствие взрослого мужчины в доме мог похитить его и продать в рабство так же, как делал его отец. А во-вторых, Хетаг сохранил жизнь своему отпрыску, использовав мудрый совет не вытаскивать сгоряча кинжал из ножен. Только, согласно рассказу, за этот нормальный поступок чей-то любимый малыш был обречен навечно на муки рабства в чужой стороне.
Из всей этой истории у меня и сложился вопрос – не может ли бесланский террорист стать когда-нибудь святым в Осетии, ведь часть из них спаслась от немедленной смерти или от суда, уйдя через многослойное окружение. Происходит следующее, с каждым поколением затирается истина, а имя самого Хетага постоянно звучит в Осетии и, связанное с праздненствами, оно все больше приближается к понятию «Святого Хетага». Вот почему резонно возник мой вопрос относительно террориста.
В свете того, что творится в наше время, после Беслана, уже и думать дико о всякого рода дикости – нашей и чужой. Весь мир сострадает нам именно из-за проявления подобной дикости со стороны варваров, способных убивать детей. Конечно, время изменяет характер и оценку действий.
Сарматы, аланы и все, с кем осетины исторически идентифицируются, были прославленными воителями, и в те далекие времена воины всех армий грабили и жгли поселения, насиловали женщин, убивали детей, уводили в рабство. Через тысячелетия варварство изжило себя, а сохранились главные качества тех воинств – умение побеждать в схватках, где нужны ум, мужество, генетическая посвященность в это дело - касается ли это участия осетин в составе российских войн на Балканах, Великой Отечественной войне, в противостоянии осажденного Цхинвала, в выплеске нашей вмиг организовавшей себя молодежи во время событий в Пригородном районе…
В сентябрьском событии весь здравомыслящий мир ошеломили именно вывернутые из тьмы веков дикость и варварство совершивших нападение на нашу школу. Нам сострадают, потому что мы соответствовали нынешней цивилизации в тот момент испытания, а напавшие не соответствовали.
Все, стоявшие три дня толпой, отличались выдержкой и достоинством. Мы молились Богу. Никто никуда не отлучался, чтобы просить Бога о защите, ибо Храм был в сердце у каждого.
Поистине, не имеет значения, какой храм у людей – изумительной архитектуры Нотр-Дам де Пари, камень, роща. Храм Бога располагается в человеческом сердце. У кого есть в сердце Бог, тот не станет похищать, продавать, убивать детей, обездоливать других, лгать и подличать! Не станет – и в этом, только в этом вся суть трагедии в Беслане, в Норд-Осте и повсюду, кто-то нарушает законы общества.
Трагедия в Беслане произошла из-за того, что нет Бога в сердцах террористов, но нет Бога и у многих людей среди нас, которые, если не говорить ужасное слово «способствовали», то все же допустили это преступление нашего века.
И опять рассуждения ведут дальше. Опять о святилище моего деда и его братьев в Беслане, изначально посвященном покровителю фамилии тырсыгомских Уртаевых – Таранжелозу. Они принесли его имя с собой из Грузии в 19 веке.
Моя мама с 6 лет помнила, как младший дядя с друзьями взяли заступы и пошли в поле, соорудили «святой куст» своему покровителю, а, вернувшись, сели за ожидавший их стол в доме моего деда (напротив первой бесланской школы) и отпраздновали это событие.
По предположениям наших археологов, исследовавших местность, они могли не разобраться и соорудить святилище на насыпи могильника с древним захоронением жреца или воина, ибо для всякого храма важно отсутствие гео, или биопатогенности в земной коре. Поэтому для строительства культовых храмов всегда выбирали особые места, с открытым энергетическим каналом связи с Космосом. Понятно же, что связь с Космосом есть исчерпывающее условие для нашей жизни, угроза для нас даже маленький астероид.
Во время ВОВ на нем был маленький военный аэродром, что вряд ли безобидно для самого святилища.А потом бесланцы отобрали его у Таранжелоза, властью своей перепосвятив его святому Георгию. По некоторым исследованиям, образ покровителя Таранжелоза восходит с архангелу Михаилу, о котором мы знаем, что этот святой с далекой древности - боритель против всякой дьявольской нечистой силы.
А в нынешнем понимании архангел Михаил является хранителем особого Божественного места внутри каждого человека, то есть его души, в которой находится центр осознания Бога и принадлежности к Божественной сути.
Исходя из этого, как расценить поступок старейшин, которые не нашли во всем Правобережье другого места, кроме уже посвященного покровителю, оберегающему в них веру в Божественное? Ухитриться сталкивать между собой даже святых или вообще понятия Высшего, это ли не бездуховность. А потом можно не понимать, за что на нас опускаются беды, если мы такие хорошие и чистые. И получать в награду только сострадание, пусть даже со всего мира. Да лучше бы жили тихо, не нарушая ничего в этом мире, растя детей, хороня стариков – безгрешно, одни словом.
Я ни на какой версии не настаиваю, но есть у меня внутреннее ощущение, что так делать было нельзя, ибо так мало познали мы на сегодняшний день. Но сейчас можно сделать любые выводы, исходя из того, что теперь рядом это ужасное кладбище, полное детей...
То, что наш мир не одномерный, а непостижимо многомерный – мы знаем, именно осетинская мифология раскрывает многомерный мир предков, а в эпосе нартов видится библия древнейших ариев.
Поэтому у многих осетин справедливые претензии к Стыр Ныхасу. Я бы никогда не позволила себе написать о «СН» критически, если бы не случившееся в 1992 г. и его продолжение после ингушского экстремизма. Будучи главным редактором газеты «Стыр Ныхас», я способствовала тому, что эта газета взяла на себя очень тяжелый труд подробно рассказать о трагедии осетинских матерей и 13 их сыновей – сильных, здоровых, прекрасных наших парнях, которые были захвачены в рабство, увезены в Ингушетию. Это, по сути, является истинной трагедией всего народа.
Ни деньги, собираемые нами пофамильно, ни тысячи километров пути матерей от начальников к начальникам в Москве и Осетии, не спасли наших ребят.

Аланка УРТАТЫ,
журналист, член Союза писателей Россиискачать dle 12.1


 

 

 

Комментариев 0