Куртатинское общество Северной Осетии располагалось в ущелье реки Фиагдон. Общество состояло из двух частей — Куртатинской и Цимитинской общин, названия которых произошли от собственных имен Курта и Цимити — родоначальников привилегированных фамилий Куртатинского общества. Представители высшего сословия этого ущелья носили титул куртатинский таубий (таубий с тюркского означает «горский князь»). Так же как и феодалы других осетинских обществ, они обладали следующими привилегиями: владение крупной земельной собственностью, намного превышающей размеры угодий рядовых общинников; эксплуатация экономически зависимых фарсаглагов; использование института кавдасардов; владение холопами; принадлежность к «лучшим и почетнейшим», «самым древним, знатнейшим» фамилиям своего общества, признававшего преимущества «знатнейших» перед прочими; сословное равенство или, во всяком случае, сравнимость со знатью соседних осетинских обществ и дворянами Кабарды (Бзаров 1988: 44).


Перспективы исчезновения осетинского народа в ходе миграционных и ассимиляционных процессов являются своего рода национальной эсхатологией современного осетинского общества. Об этом постоянно говорят не только политики и представители культурной элиты республики, но и обычные люди. Самые разные аспекты социальной реальности оказываются взаимосвязаны в подобном' эсхатологическом нарративе: далеко не идеальная демографическая ситуация (один из постоянных мотивов таких рассуждений — осетины, проигрывают в своеобразной демографической гонке своим соседям); падение нравов, особенно среди молодого поколения (здесь обычно упоминается о проблемах алкоголизма и наркомании, понимаемых скорее в этических, чем в медицинских терминах) и, наконец, перспективы утраты осетинами своей культуры, в первую очередь языка (предполагается, что в Северной Осетии основная «угроза» исходит от русского, а в Южной — от грузинского языков).


Опрос

Когда вам нужно найти какой-либо товар или услугу в Осетии, чем вы пользуетесь?

Другие опросы...