На главную   |    Рекомендуем -
Обычное право. Кому приходилось следить за практикой кавказских окружных судов, тот не мог не обратить внимание на своеобразность уголовных процессов, где участниками являются наши туземцы, и, в частности, осетины.
Судится убийца, который никогда ни в чем предосудительном не был замечен.
— Вы признаете себя виновным? — спрашивают его через переводчика.
- Я убил, но я не виноват, — отвечает он переводчику, который передает его слова так: «да, признаю».
- За что же вы убили, положим, Муссу Гадаева?
- Его нива находится около нашего хӕдзар'а; каменная ограда ее в одном месте развалилась, мы ему каждый день советовали починить свой забор, иначе наша коза или теленок по недосмотру заберется на его ниву. «Хорошо, — говорил он, — завтра починю»; на другой день мы опять напоминали, а он - все завтра да завтра. Так прошло две недели, — мы просто измучились караулить своих телят. Однажды из нас никого не было дома, оставалась только старуха-мать и дети. Пока она доила коров, дети не сумели удержать коз, и две из них забрались на ниву.
Семейная и общественная жизнь. Итак, перед нами 14-летняя женщина; вместо чуба у нее уже два локона; вместо шапочки платок, и повязан он так, что кроме глаз и носа ничего не видно. Никто не слышит ее голоса, никто не видит ее сидящей. Встает она раньше всех, везде подметет, уберет, всем прислуживает, ест наскоро и позже всех, ложится спать позже всех.
В продолжение двух месяцев она не показывается нигде в ауле. Первый выход ее носит праздничный характер. К ней собираются девушки и молодые женщины, с которыми она отправляется по воду с небольшим деревянным ведерочком или с кувшином. На берегу шумящего горного потока они устраивают пляски, в которых молодая не принимает участия.
С этого дня она уже свободно исполняет все свои обязанности вне дома. На ее плечах все заботы о семье у домашнего очага, она должна всех обшить, напоить и накормить. Она полновластная хозяйка всех съестных продуктов и напитков. Мужчина почти гость в доме, он ей доставляет дрова, смотрит за скотиною и пр., но он, как гость, и ест плотнее и ложится раньше, и встает позже; жена, пока не снимет обуви у мужа, никогда не ляжет спать.
Свадьба. Прежде всего посылают гонца в дом родителей жениха с покорнейшей просьбой «осчастливить сегодняшний вечер своим посещением». Это простая формальность; гонец, исполнявший поручение тестя, получает какую-нибудь награду.
Сопровождают жениха человек 10—12 от 20 до 40-летнего возраста, во главе с отцом жениха или ближайшим родственником. Сколько трудов и просьб стоит жениху набрать этих дружков! Чуть ли не за год он начинает комплектовать их. Происходит это потому, что, зная, какое «сражение» его ожидает на свадьбе, не всякий надеется на свои силы.
Вся родня невесты к 8 часам вечера уже в сборе. Старейшие из них ожидают гостей в хӕдзар'е, а другие их приветствуют с пылающими факелами. Гости устраиваются в ряд по старшинству и, весело отвечая на приветствия хозяев, принимают подносимый им наполненный арак'ом рог, молятся о счастливом исходе и до дна осушают чашу за благополучное прибытие. Затем их приглашают в хӕдзар. Не нарушая порядка и ободряя друг друга, они входят и приветствуют стариков, усаживаясь по возрасту и беседуя о злобах дня; молодежь говорит только шёпотом.
Детство. Несмотря на то, что отец и мать мои принадлежали к «сильным» и «большим» фамилиям в Нарской котловине, а отец, помимо того, был офицером русской службы, я все-таки родился в «яслях», в хлеве. И навряд ли во всей Нарской котловине найдется кто-либо, кто до меня, да и много позднее меня, родился не в хлеве. Объясняется это тем, что в Нарской котловине времен дсоба совершенно не было другого более удобного, изолированного помещения для этого величайшего акта природы. За несколько недель до родов женщина, хотя не всегда, освобождается от тяжелых работ, а в период ожидания совершенно отделяется от семьи. В наиболее уютном и чистом хлеве разводится огонь и делаются необходимые приготовления. Приглашается опытная бабка и устанавливается постоянное дежурство из взрослых девушек и женщин — родственниц роженицы.
Обострившиеся до крайности отношения осетин-христиан и кучки претендентов на дворянство из среды осетин-магометан — это в настоящий момент такой жгучий вопрос, который необходимо выяснить немедленно.
Со смертью последнего осетинского царя Ос-Багатара (в начале XIII века) и до водворения у нас русской власти все осетины жили совершенно независимо друг от друга в своих горных имениях под названием благородных горцев. В горной полосе Северного Кавказа до сих пор существует частное землевладение. У осетин пашни принадлежат отдельным семействам; покосы же, выгоны, летние пастбища и леса — фамилиям, благодаря чему в Осетии и не было ничего похожего на феодализм. Восточные соседи наши (хевсуры, ингуши, чеченцы и аварцы) жили также совершенно независимо друг от друга. Только кабардинцы, кумыки, ногайцы и калмыки имели владетельных князей, ханов и найонов, которые все свое благополучие строили на нищете голодного и до скотоподобия униженного народа.

Опрос

Когда вам нужно найти какой-либо товар или услугу в Осетии, чем вы пользуетесь?

Другие опросы...