Общественный строй осетин » Осетия и Осетины :: Алания, Аланы, Северная Осетия

Общественный строй осетин » Осетия и Осетины :: Алания, Аланы, Северная Осетия

 

Навигация по сайту

:: Главная страница

:: Обратная связь

:: Поиск по сайту


 ::

 

Видеоархив

:: Осетинские фамилии

:: Фыдæлты уæзæгмæ

:: Док. фильмы

:: Худ. фильмы

:: События

:: Передачи

 

Осетия и Осетины

:: Каталог Осетии (объявления)

:: Новости Северной Осетии

:: Авторские статьи

:: Ирон къӕлиндар

:: Былое

:: Коста Леванович Хетагуров

:: Осетинская музыка

:: Кодекс аланской чести

:: Кто такие Осетины?

:: Осетинские имена

:: Фотогалерея Осетии

:: Построй свою башню

:: Осетинская поэзия

:: Осетинский Язык

 

Духовный мир осетин

:: Святые места Осетии

:: Нарты кадджытæ

:: Нартский эпос

:: Галерея Нартов

:: Осетинские сказители

:: Древние знания осетин

:: Осетинская литература

:: Традиции и обычаи осетин

:: Осетинские писатели

:: Быт осетин

 

История Осетии

:: Происхождение иранских народов
:: Формирование осетин
:: Осетины и Кавказ
:: История скифов
:: История сарматов
:: История алан
:: Осетия в XV - XVIII вв
:: Осетия в XVIII в
:: Осетия в первой половине XIX в
:: Осетия во второй половине XIX в
:: Осетия в XX в
:: Осетия в конце XX начале XXI в

 

Библиотека

:: Три слезы Бога
:: Осетины за рубежом
:: Из истории Осетии
:: Из истории Алан
:: О верованиях Осетин
:: О культуре Осетин
:: Литература и письменность
:: Другие статьи
:: Сказания и героика

 

Популярное

 

Опрос

Когда вам нужно найти какой-либо товар или услугу в Осетии, чем вы пользуетесь?

ПС Яндекс
ПС Google
Каталог-Осетии.рф
Сайт "Вся Осетия"


 

Календарь

«    Октябрь 2007    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

 

Архивы

Апрель 2017 (1)
Март 2017 (1)
Ноябрь 2016 (1)
Октябрь 2016 (1)
Август 2016 (1)
Июнь 2016 (1)

 

Статистика

Рейтинг@Mail.ru

 

Рекомендуем

Осетины. Осетия-Алания

Проект патриотов Осетии

Осетия. Известные люди

 

     
 
   

Общественный строй осетин

Раздел: Осетия в первой половине XIX века  

 
 

В XVIII — начале XIX в. в общественном строе осетин преобладали феодально-крепостнические отношения, получившие наибольшее разви­тие в Южной, а также в отдельных частях Северной Осетии — в Тагаурии и Дигории. В Центральной Осетии и Куртатинском ущелье дольше сохранялся патриархально-родовой уклад, хотя население этих районов было давно классово дифференцировано.

Во второй половине XIX в. в связи с развитием капиталистических отношений происходят значительные изменения в хозяйственной жизни осетин. Вместе с тем в их общественно-экономической жизни вплоть до установления Советской власти сохранилось множество патриархально-родовых пережитков. Несмотря на то что зарождение феодальных отношений у алан-осетин датируется VIII—IX вв., процесс становления феодализма шел медленно и крайне неравномерно.

В многочисленных русских документах XVIII в., касавшихся севе­роосетинских обществ, говорится о существовании здесь двух классов «старшин» и зависимых от них «подвластных людей». При этом стар­шины нередко титуловались «князьями» и «дворянами». В осетинских адатах, записанных в 1846 г., более четко определяется социальный смысл этих категорий: «княжеское и старшинское достоинство есть ро­довое и не приобретается ни покупкой, ни другими личными каче­ствами».

Обычное право осетин, не нашедшее отражения в ранних письмен­ных источниках, знает деление осетинского крестьянства на несколько социальных групп, находившихся в разной степени зависимости от фео­далов. В Дигории, например, такими группами были адамихаты, кумаяги, кусаги и хехесы. Наиболее значительную группу крестьян со­ставляли адамихаты («подобие людей»), обязанные нести натуральную, а в предгорьях также и отработочную повинность своему господину. Ада­михаты не были крепостными: они пользовались правом перехода от одного феодала к другому. Уходя из Дигории, адамихаты оставляли владельцу свое имущество. В случае смерти адамихата, не имевшего наследников мужского пола, феодалу доставалось не только его имущество, но в услужение к нему переходили жена и дочери крестьянина.

Категорию кумаягов составляли незаконнорожденные дети феода­лов и их потомки. Они либо жили при усадьбе феодала, выполняя Работы во дворе и в поле, либо имели небольшое самостоятельное хозяй­ство и несли разные повинности. По обычному праву феодал не мог продавать кумаягов, но с каждым поколением их положение ухудша­лось, и многие из них превратились в домашних рабов.

Кусаги — рабы («работники»), как правило, не имели своего хо­зяйства. Владелец мог не только продать или подарить, но и убить раба. Источником приобретения рабов было пленение или покупка.

Перешедшие в Дигорию из других ущелий крестьяне назывались хехесами. Оседая на землях какого-нибудь феодала, они за пользова­ние землей выполняли определенные повинности и, таким образом, по­падали в феодальную зависимость.

Феодальные отношения в Дигории складывались в условиях оже­сточенной классовой борьбы, направленной против самых крупных фео­далов Дигории — бадилятов, захватывавших насильственно земли кре­стьян в горах и на равнине. В 1849 г. выборные от крестьян Дигорского общества писали, что «бадиляты присвоили себе в горах без всякого права общественные леса и земли, принадлежащие народу».

Переселившиеся на равнину еще в XVIII в. фамилии бадилят Кубатиевы, Тугановы и Караджаевы заняли почти всю равнинную Дигорию, вытеснив крестьян с их земель.

Развитие феодальных отношений в Тагаурском обществе происхо­дило почти тем же путем, что и в Дигории. Здесь общество состояло из феодалов-алдар, делившихся на одиннадцать фамилий, и зависимых крестьян-фарсаглагов («живущий сбоку»), кавдасардов и кусаго. Фарсаглаги составляли самую многочисленную прослойку крестьян в Тагаурии. Не имея собственных земель, они жили на землях феода­лов, неся некоторые повинности. Фарсаглаги во время праздников, свадеб, похорон и т. д. делали подарки натурой, а также сопровождали своих алдаров во время их поездок в гости. В случае переселения фарсаглага в другое село жилые и хозяйственные постройки его переходили в собственность феодала. Последний мог прогнать фарсаглага, если тот не выполнял своих обязанностей. В то же время феодалы оказывали им покровительство и защиту.

Значительное число хозяйств в Тагаурском обществе составляли кавдасарды («рожденные в яслях»), являвшиеся, как и дигорские кумаяги, детьми наложниц (намылус). Это была наиболее угнетенная и бесправная прослойка крестьян в Тагаурии. «Кавдасард, — говорится в адатах,— обязан жить там, где прикажет его владелец, и исправлять работы, от него назначенные». В случае смерти феодала кавдасарды могли отделиться от его потомков.

Кусаги в Тагаурском обществе занимали такое же общественное положение, какое они занимали в Дигории.

Вопрос об общественном строе Куртатинского общества и разви­тии в нем феодальных отношений остается до сих пор малоизученным. Во всяком случае, согласно адатам, здесь были те же прослойки кре­стьян, что и в Тагаурии: уазданлаги, фарсаглаги, кавдасарды и кусаги. По другим источникам, в Куртатинском обществе существовала всего два сословия: «высшее», пользовавшееся некоторыми привилегия­ми, и «низшее». В состав высшего сословия входило большое числа фамилий, среди которых наиболее привилегированными считались Арисхановы, Гуриевы, Цаликовы и Есиевы. Эти фамилии очень часто фигурируют в документах, отражающих развитие русско-осетинских отношений. Они являлись владельцами значительного количества паст­бищных земель, сдававшихся ими в аренду жителям соседних районов.

В Куртатинском обществе, как и в других, сословных различий строго Придерживались при заключении браков.

Большим своеобразием во многих отношениях отличалось Алагарское общество, в котором не нашли сколько-нибудь значительного раз­вития феодальные порядки и сохранился в более чистой форме патри­архально-родовой быт. Согласно осетинским адатам, здесь имелось толь­ко два сословия: уазданлаги, к которым причислялись потомки древнеосетинских родов (Сидамоновых, Царазоновых, Кусагоновых, Агузовых), и фарсаглаги. Как свидетельствует этнографический материал, в XVIII в. особой привилегией пользовались среди алагирцев потомки сильного рода Сидамоновых. Это проявлялось, в частности, при заключении браков и при уплате выкупа за кровную месть. Величина калыма, как и выкупа за кровь, у Сидамоновых была гораздо выше, чем у других родов, у них не допускалось также вступление в брак с «низшими» фамилиями.

В Центральной Осетии (Туалетия), в частности Н аре ко и котлови­не, по свидетельству К. Хетагурова, существовали четыре социальные категории: сильные фамилии — стыр мыггаг, или тыхджын мыггаг, фар­саглаги, кавдасарды и цагъайрага (рабы). Члены сильной фамилии, «будучи более обеспеченными материально, одевались чище и богаче, располагали лучшим вооружением, пользовались в народе почетом, К ним обращались за советом, их приглашали судить и примирять враж­дующих». Им принадлежали лучшие пахотные и сенокосные угодья, леса, пастбища. Они возглавляли набеги на соседние общества. Вели­чина калыма за их девушек, равно как и плата за кровь, достигала выс­шего предела.

Фарсаглаги, составлявшие большинство населения Нарской котло­вины, как и всей Осетии, были гораздо беднее. Они имели лишь не­большие земельные участки, уступавшие по качеству владениям силь­ных фамилий. Находясь под их покровительством, фарсаглаги в тре­вожное время пользовались их поддержкой. Эти фамилии в свою оче­редь оказывали им помощь, особенно при постройках башен, «при столкновениях с другими сильными и в походах». Потомство от намылус составляли кавдасарды, пользовавшиеся здесь полнейшей сво­бодой, но не игравшие никакой роли в общественной жизни. Кавдасард мог отделиться от отца и жить самостоятельно. Значительное распро­странение здесь имели рабы (алхад, саулаг, цагъайраг), приобретавшие­ся путем купли или при захвате в плен во время набегов на соседние народы. «Всегда иной национальности этот несчастный алхад (куплен­ный.— Б. К.) делался жертвой полнейшего произвола своих хозяев, это был безусловный раб, которого можно продать, купить, убить и поми­ловать».

Необходимо также отметить, что до присоединения к России Цен­тральная Осетия наряду с Южной находилась в зависимости от Грузии, что имело большое значение для развития ее экономики и культуры. Нигде так ярко не прослеживаются осетино-грузинские связи на протя­жении ряда веков, как на материалах Центральной Осетии. Здесь кроме сословного неравенства внутри каждого общества существовало нера­венство между отдельными обществами. Одни из них считали себя «выс­шими» (Нарское, Зарамагское), другие (Мамисонокое)—«низшими.

Находясь под покровительством грузинских князей, жители Нарского общества, в частности фамилия Хетагуровых, занимали господ­ствующее положение по всей Центральной Осетии до присоединения ее к России. Равное положение с ними имели только зарамагцы, проис­ходившие от потомков сидамоновцев. Различие между «высшими» и «низшими» обществами в этом районе особенно проявлялось при заклю­чении браков, которые, например, редко допускались между нардами, и мамисонцами, а также при уплате за кровь.

В Юго-Осетии, входившей наряду с Центральной Осетией в тече­ние многих веков в состав феодальной Грузии, основная масса крестьян находилась в крепостной зависимости от грузинских феодалов. В гор­ной Юго-Осетии господствовали князья Мачабели и эриставы Арагвские и Ксанские. Равнинная полоса находилась в руках Паландишвили, Хархеулидзе, Павленишвили и др., которые сдавали землю за большую арендную плату осетинским крестьянам. Поселившиеся на землях кня­зей отдельными селами на правах временнопроживающих осетины не имели права строить себе дома и жили в землянках. В любое время горец со своей семьей мог быть изгнан с арендуемого им участка. Ха­рактерной чертой этого района являлось образование значительного числа смешанных сел из осетинских и грузинских горцев-переселенцев, живших на таких же условиях. В горах, где сосредоточивалось основное осетинское население, власть грузинских князей была более слабой. В Джавской котловине, например, где находились владения князей Мачабели, каждое семейство в первой половине XIX в. обязано было давать ежегодно своему феодалу три барана, определенное количества коров (в зависимости от размера земельного участка) и различные продукты (сыр, масло, зерно и т. д.). Кроме натуральной существовала и отработочная рента. Крестьяне должны были вспахивать и засевать помещичью землю, убирать урожай и доставлять его в дом помещика, заготовлять для него сено, дрова и т. д.

Кроме крепостных крестьян в Юго-Осетии были и лично свобод­ные (казаны), но также выполнявшие феодальные повинности. Эта категория сложилась из числа крестьян, ушедших от прежнего владель­ца и обосновавшихся на землях другого феодала. Как и по всей Гру­зии, здесь помещики стремились закрепостить хизанов, и нередко по­следние по своему положению почти ничем не отличались от крепостных крестьян. Значительная часть хизанов-осетин обитала за пределами Юго-Осетии, в Горийском уезде, куда они переселились из горной по­лосы Осетии. После присоединения Грузии к России осетинские кре­стьяне, жившие на бывших царских землях, стали казенными или госу­дарственными. Число их было сравнительно невелико. По данным 1818 г. в Юго-Осетии насчитывалось 1620 казенных крестьян.

Осетинское крестьянство вело против феодального гнета упорную борьбу, которая в середине XIX в. особенно обострилась. В 1867 г. в Северной Осетии была проведена земельная реформа и отменено кре­постное право; в 1864—1865 гг. крестьянская реформа была прове­дена в Южной Осетии. Значительная часть «освобожденных» крестьян была посажена на «голодный надел», а часть освобождена совсем без земли. В Северной Осетии, например, 80% крестьян накануне револю­ции имели меньше одной десятины земли. Североосетинские феодалы, хозяйство которых составляло лишь 1,7% общего числа хозяйств, вла­дели 86,7% всех земель, в то время как на долю крестьянских хозяйств (более 98%) приходилось лишь 13% земли.

Реформа не уничтожила до конца феодального гнета. Вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции здесь сохранились докапиталистические формы эксплуатации (испольщина, отработка и пр.). Вместе с тем стали зарождаться буржуазные отношения, развитие которых способствовало углублению имущественной и социальной дифференциации в осетинской деревне. Значительная часть пахотной и пастбищной земель концентрировалась в руках кулачества, в то же время происходило быстрое обезземеливание ограбленных в результате реформы широких масс крестьянства. Многие крестьяне-горцы, осо­бенно страдавшие от безземелья, бросали свои дома и уходили в рав­нинные районы Северной Осетии. В 1914 г. здесь насчитывалось до десяти тысяч «временнопроживающих» крестьян. Подавляющее боль­шинство их не получало земли и подвергалось жестокой эксплуатации со стороны помещиков и кулаков. «Назойливое слово «иногородний» в казачьих станицах и в осетинских селениях заменилось словом «временнопроживающий», оно тем более ужасно, что ни у одного из них нигде не осталось ни кола, ни двора. Живя годами во дворе своих родственников или на окраине села отдельными кварталами, временно-проживающие были лишены всяких прав. Им не разрешалось строить себе дома, и они ютились в маленьких плетеных лачужках. Во многих селах им запрещали держать не только скот, но даже домашнюю птицу. Обезземеленные крестьяне, в том числе и временнопроживающие, в поисках средств к существованию уходили в города и устраивались на промышленные предприятия, становились кадровыми рабочими.



Б. А. Калоев. Осетины.

 

 

 

 

 

 

 

Просмотров: 6297 | Автор: admin | Дата: 15 октября 2007 | Напечатать

 


 
     

 

 

 

Каталог Осетии - ищете товар, услугу или определенную организацию? А может вы руководитель фирмы и хотите разместить информацию о ней?
Здесь вы найдете все - http://каталог-осетии.рф

 
  Главная страница | Новое на сайте

Copyright © 2005-2016. Осетия и Осетины
При использовании материалов гиперссылка обязательна!