Южная Осетин - точка отсчета в распаде СССР » Осетия и Осетины :: Алания, Аланы, Северная Осетия

Южная Осетин - точка отсчета в распаде СССР » Осетия и Осетины :: Алания, Аланы, Северная Осетия

 

Навигация по сайту

:: Главная страница

:: Обратная связь

:: Поиск по сайту


 ::

 

Видеоархив

:: Осетинские фамилии

:: Фыдæлты уæзæгмæ

:: Док. фильмы

:: Худ. фильмы

:: События

:: Передачи

 

Осетия и Осетины

:: Каталог Осетии (объявления)

:: Новости Северной Осетии

:: Авторские статьи

:: Ирон къӕлиндар

:: Былое

:: Коста Леванович Хетагуров

:: Осетинская музыка

:: Кодекс аланской чести

:: Кто такие Осетины?

:: Осетинские имена

:: Фотогалерея Осетии

:: Построй свою башню

:: Осетинская поэзия

:: Осетинский Язык

 

Духовный мир осетин

:: Святые места Осетии

:: Нарты кадджытæ

:: Нартский эпос

:: Галерея Нартов

:: Осетинские сказители

:: Древние знания осетин

:: Осетинская литература

:: Традиции и обычаи осетин

:: Осетинские писатели

:: Быт осетин

 

История Осетии

:: Происхождение иранских народов
:: Формирование осетин
:: Осетины и Кавказ
:: История скифов
:: История сарматов
:: История алан
:: Осетия в XV - XVIII вв
:: Осетия в XVIII в
:: Осетия в первой половине XIX в
:: Осетия во второй половине XIX в
:: Осетия в XX в
:: Осетия в конце XX начале XXI в

 

Библиотека

:: Три слезы Бога
:: Осетины за рубежом
:: Из истории Осетии
:: Из истории Алан
:: О верованиях Осетин
:: О культуре Осетин
:: Литература и письменность
:: Другие статьи
:: Сказания и героика

 

Популярное

 

Опрос

Когда вам нужно найти какой-либо товар или услугу в Осетии, чем вы пользуетесь?

ПС Яндекс
ПС Google
Каталог-Осетии.рф
Сайт "Вся Осетия"


 

Календарь

«    Октябрь 2007    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

 

Архивы

Апрель 2017 (1)
Март 2017 (1)
Ноябрь 2016 (1)
Октябрь 2016 (1)
Август 2016 (1)
Июнь 2016 (1)

 

Статистика

Рейтинг@Mail.ru

 

Рекомендуем

Осетины. Осетия-Алания

Проект патриотов Осетии

Осетия. Известные люди

 

     
 
   

Южная Осетин - точка отсчета в распаде СССР

Раздел: Осетия в конце XX начале XXI века  

 
 

В разгар грузинского национализма, когда еще его идейное сос­тояние находилось на полпути к неонацизму, Южную Осетию грузинские неформалы называли «грудью» «Матери Грузии». Угрозы в адрес осетин, якобы покушавшихся отторгнуть Южную Осетию от Грузии и тем «отнять от груди» грузин, были самыми жестокими. По мысли И.Б. Санакоева, острота осетинской проб­лемы была связана с формированием в Грузии и Южной Осетии новых политических элит. Бесспорно, автор прав, однако не сто­ит столь «локально» рассматривать сложный по социальной при­роде, сфокусированный в небольшой Южной Осетии процесс, отчетливо отразивший драматические события распада СССР. Несомненно, что у грузино-осетинского конфликта есть своя собственная «местная» текстура: приход в Грузии новой полити­ческой элиты, исповедовавшей принципиально иную идеоло­гию, хорошо бросался в глаза, но была ли в Южной Осетии, кро­ме оппозиции к областному комитету партии, сколько-нибудь сформировавшаяся самостоятельная политическая сила, кото­рая бы имела свою собственную социальную базу. Не являлось ли политическое движение, развернувшееся в Южной Осетии, сопротивлением грузинскому неонацизму, угрожавшему народу жестоким геноцидом? Впрочем, И.Б. Санакоев рисует реальную политическую картину, создавшуюся накануне вторжения грузинских войск в Южную Осетию. По ого данным, формальная официальная власть обкома партии Южной Осетии принадлежа­ла секретарю этого обкома В. Гохелашвили, грузину по нацио­нальности, державшемуся грузинской стороны. Другого леги­тимного руководства в Южной Осетии не было, что явно свиде­тельствовало о слабости в Южной Осетии политических сил и процессов формирования здесь этнической элиты. Этим вос­пользовались грузинские власти, вскормленные теневой эконо­микой и направившие вооруженные отряды в Южную Осетию. Результатом нападения явились захват Цхинвала, сожжение 100 населенных пунктов, гибель более 1000 человек, миграция боль­шей части населения Южной Осетии. Эти факты, несмотря на подлинный их трагизм, относятся к локальной стороне грузино-осетинского конфликта. При этом главными в нем оставались все же не столько факторы грузино-осетинского противостоя­ния, сколько постоянная со стороны грузинского руководства проверка политического «самочувствия» Москвы. Звиад Гамсахурдия, находившийся на волне агрессивной идеологии, обла­дал незаурядным социальным чутьем, позволявшим ему угады­вать неизбежность распада СССР. Он наносил удары великой державе, за дыханием которой еще недавно следил весь мир. Глава этой державы, ничего не изменив в социальной системе страны, лозунгом о демократии подорвал ее идеологические ос­новы и был явно «слабее» Грузии, сцементированной идеологи­ей нацизма. Столкнувшись на югоосетинской площадке, Горба­чев вел себя неуверенно, его постановления и решения на этой, казалось, не столь важной для великой державы географической точке не имели уже решительно никакого значения, и это было хорошо видно не только из Тбилиси, но и из Цхинвала. Еще не­давно в Кремле ожидали, что взбесившийся новоявленный ли­дер Грузии, как неопытный политик-диссидент, похоронит себя на развалинах Цхинвала и осетинских сел. Это бы и случилось, если бы в Кремле на фоне грузино-осетинских событий были способны увидеть свою собственную политическую перспекти­ву. Но судьба Южной Осетии, как и других народов, входивших в СССР, оказалась в руках политических слепцов, задолго до рас­пада СССР знавших одну единственную страсть - страсть к ли­хоимству. В далеком от Кремля Цхинвале, заброшенном колони­альными властями Грузии городе, простые, разоренные, нищен­ствующие граждане СССР были в политике намного прозорли­вее, чем те, кто в Центре все еще продолжал играть в большую политику, 3 апреля 1991 года из Южной Осетии направили «Отк­рытое письмо Президенту СССР Горбачеву М.С.». Оно начина­лось с главного - с судьбы СССР: «Три месяца идет война в Юж­ной Осетии, - писали из Цхинвала, - три месяца методично и це­ленаправленно осуществляется геноцид нашего народа. Ист­ребляется народ, который является одним из самых преданных Ваших союзников в борьбе за сохранение единства в нашей стране. Кровью расстрелянных, кровью изувеченных нечелове­ческими пытками в штабах грузинских экстремистов, кровью ра­неных наших соотечественников, криками осиротевших детей, слезами матерей, последним взглядом тысяч беженцев на разо­ренные родные пепелища, в предсмертной агонии замерзших в блокадную зиму стариков в доме для престарелых и младенцев в родильном доме, мы скрепили референдум 17 марта» о сохра­нении СССР. Президенту СССР жители Южной Осетии пытались объяснить - «сегодня здесь, в Южной Осетии, решается не толь­ко судьба осетинского народа. Речь идет о будущем облике на­шего государства». Не в Кремле, а в Цхинвала было хорошо вид­но, что у штурвала огромного государства - заурядный комбай­нер, не способный научиться правильно произносить название одной из союзных республик. Студенты и преподаватели педа­гогического института писали Горбачеву: «Президент страны, Вы не способны обеспечить своим гражданам священного во всех странах мира права - права на жизнь», объясняя ему, что в Гру­зии - тот же фашизм, какой был в 1937 году в Испании во время итало-германской интервенции, варварски уничтоживший древ­ний город Гернику.

Смертный приговор великой державе подписал не только Гамсахурдия, но и Верховный Совет Российской Федерации во главе с Б.Н. Ельциным, принявшим Закон о суверенитете РСФСР, что окончательно отодвигало Президента СССР на вто­рые роли. В самом начале апреля 1991 года Ельцин, чтобы под­черкнуть свою самостоятельность и политическую мобильность и тем еще раз поставить «на место» Горбачева, решил встретить­ся с Гамсахурдия. Последний согласился на двустороннюю встречу по двум причинам: а) с Ельциным грузинского лидера объединяло социальное родство, ведшее их к более высокой власти; б) договорившись с главой Российской Федерации, Гам­сахурдия рассчитывал получить преимущество в политических решениях по Южной Осетии. С этой надеждой, отправляясь на бронетранспортере в грузинское село Казбеги на встречу с Ель­циным, он прихватил с собой два бурдюка грузинского вина. Последняя деталь выразительно выдавала «серьезность» поли­тических намерений, которые были у Гамсахурдия. На встречу в Казбеги приехали также официальные лица Северной Осетии, однако они к переговорам не были допущены. По свидетельству одного из осетинских представителей, встреча в Казбеги не пре­дусматривала протокольности и происходила с заметной поли­тической босяковатостью. Банкет начался раньше, чем подписа­ние документа. Последний был составлен так, как того желал Гамсахурдия: согласно «Протоколу», подписанному обеими сто­ронами, МВД России и Грузии обязывались создать совместную комиссию «для изучения обстановки» в Южной Осетии. МВД РСФСР и МВД Грузии также создавали совместный отряд «для разоружения всех незаконных формирований на территории бывшей Юго-Осетинской автономной области». Указанный пункт «Протокола» был фактически продиктован самим Гамсахурдия. В нем, как видно, речь шла о разоружении югоосетинских воору­женных формирований, оборонявших Южную Осетию от агрес­сии, но нигде не говорилось о грузинских формированиях, обстреливавших Южную Осетию. Не менее ответственную статью «Протокола» - о выводе «с территории бывшей Юго-Осетин­ской автономной области» частей Советской Армии, сдерживавшей Грузию в эскалации геноцида, глава Российской Федерации принял без каких-либо условий. Обращало на себя внимание, что Ельцин, подписывая «Протокол», не обратил внимания и на такую «мелочь», как формулировка - «бывшая Юго-Осетинская автономная область», несмотря на то, что Юго-Осетинская авто­номия не прекращала свое существование. Что касается других статей «Протокола» - о возвращении беженцев, о возмещении им материального ущерба - тех статей, которые мог бы припи­сать себе в качестве заслуги Ельцин, то они являлись не более чем «намерениями». Впрочем, в целом «Протокол» не имел ника­кой практической силы, главная его цель состояла в том, чтобы продемонстрировать президенту СССР свою независимость и солидарность во имя этой «независимости». Более трезвые ре­шения, чем в Казбеги, были приняты депутатами Верховного Со­вета РСФСР. «Постановлением» этого Совета Грузии предлага­лось восстановить в Южной Осетии автономию, снять блокаду, возвратить беженцев, освободить председателя югоосетинского областного Совета Т.Г. Кулумбегова, похищенного грузинской стороной, выражалась солидарность с осетинским народом; в «Постановлении» Совета Российской Федерации не был забыт и Горбачев, от которого требовали принятия срочных мер. Пункт о Президенте СССР был записан, скорее всего, для того, чтобы подчеркнуть его беспомощность в югоосетинской проблеме. В конце марта - начале апреля 1991 года для российских и союз­ных властей в Москве Южная Осетия, похоже, напоминала рас­каленный каштан, который непримиримые оппоненты норовили подбросить друг другу. «Постановление» Верховного Совета РСФСР, о котором сказано выше, было принято 31 марта, а 1 ап­реля состоялось «Постановление» Верховного Совета СССР. Последнее по своей форме и существу решений было наиболее жестким. Оно предписывало Президенту СССР «ввести чрезвы­чайное положение на всей территории Юго-Осетинской авто­номной области силами внутренних войск МВД СССР». Кроме того, прокуратуре Союза ССР и МВД СССР предписывалось сформировать следственные группы по расследованию прес­туплений, совершенных на территории Юго-Осетинской авто­номной области в ходе конфликта, а также комиссию «по опре­делению ущерба, нанесенного» Южной Осетии. Были и другие положения «Постановления» Верховного Совета СССР, но они, несмотря на их разумность, запоздали, по меньшей мере, на год. Кремлевские власти на пороге своей исторической смены будто самим провидением были обречены на политическую бес­печность и постоянно проигрывали Гамсахурдия, непрофессио­нальному политику, к тому же больному человеку. В тот же день, когда в Москве заседал Верховный Совет РСФСР, принимавший «Постановление» по Южной Осетии, в Грузии происходил рефе­рендум по вопросу о восстановлении независимой Грузии на ос­новании Декларации от 26 мая 1918 года», т.е. о выходе Респуб­лики Грузия из СССР. По официальным данным, достоверность которых вряд ли кто-либо мог проверить, 99,6% участвовавших в голосовании поддержали идею независимости Грузии, и, стало быть, выход ее из состава СССР. В свете грузинского референ­дума постановления Верховного Совета Российской Федерации и Верховного Совета СССР явно теряли силу. Референдум ста­вил перед Президентом СССР сложные задачи, на решение ко­торых заурядный Горбачев, конечно же, не был способен. Тем более, что референдум вызвал в Грузии всплеск национализма, набиравшего силу и быстро эволюционировавшего в сторону нацизма. Народные депутаты СССР от республики Грузия Абу­ладзе, Адвадзе, Бакрадзе, Буачидзе, Гамкрелидзе, Шенгелия решительно выступали против «Постановления» Верховного Со­вета РСФСР по Южной Осетии, рассматривая его «как прямое вмешательство во внутренние дела суверенной Грузии». Как видно, весной 1991 года, после проведения референдума, Гру­зия сделала серьезный шаг к политическому отделению от СССР. Он поставил СССР, переживавший глубокий экономичес­кий и политический кризис, в тяжелое положение. С этого мо­мента центробежные силы страны, включавшие в себя предста­вителей высшего эшелона партийно-советской элиты, теневой экономики и советских распределительных институтов, еще не­давно оглядывавшиеся на СССР как на несокрушимый бастион, с лихорадочной поспешностью, как перед землетрясением, ста­ли готовиться к крушению великой державы. Еще громче зазву­чали идеи о демократии, свободе и независимости народов. Особенно горячо их поддержали наиболее выдающиеся предс­тавители советской интеллигенции - полунищей, партией заг­нанной в угол, в очередной раз поверившей в свободу личности. Что же до разоренной, истекавшей кровью Южной Осетии - пер­вой жертвы распада СССР, то здесь, как нигде в СССР, зримой становилась постигшая страну политическая катастрофа. В ус­ловиях охватившего СССР политического сепаратизма, - так, будто в этом вина Южной Осетии, руководство Юго-Осетинской республики, подчиняясь высоким нравственным ценностям, не всегда уместным в политике, в одностороннем порядке приняло решение подчиниться Указу Президиума СССР и Постановле­нию Верховного Совета СССР и отменило свое постановление, согласно которому ранее Юго-Осетинская автономная область была преобразована «в Юго-Осетинскую Советскую Демократи­ческую Республику». Цхинвальские руководители надеялись, что в ответ на это политическое отступление тбилисские власти «смягчатся» и в свою очередь отступят от своей вооруженной аг­рессии. Несомненно, в Грузии обратили внимание на решение руководства Южной Осетии, но расценили его как собственную победу и принялись за более энергичные меры, направленные на уничтожение Южной Осетии как географического, этническо­го и административного пространства. В Тбилиси решили прис­тупить к административному демонтажу Южной Осетии. С этой целью был упразднен Цхинвальский район, и его территория бы­ла присоединена к Горийскому району. То же самое было проде­лано с Корнисским районом Южной Осетии, отнесенном соглас­но указу Гамсахурдия к Карельскому району. Были отняты и отда­ны грузинским сельским советам около 24 тысяч гектаров земли Джавского района. Эти решения руководства Грузии стоило рас­сматривать как предварительные. Вскоре Ленингорский район полностью был отторгнут от Южной Осетии и переименован в Ахалгорскую префектуру. По поводу политико-административ­ного разрушения Юго-Осетинской области в Цхинвале состоя­лось общее собрание народных депутатов всех уровней - вплоть до сельских советов. Оно рассматривало решения руководства Грузии как стремление к ликвидации Южной Осетии в ее полити­ко-административных и этнических формах. Участники собра­ния апеллировали к Президенту СССР, Верховному Совету СССР, требуя восстановления в соответствии с Конституцией СССР Юго-Осетинской автономной области. Одновременно ставился вопрос о признании автономной области в качестве самостоя­тельного участника договора о Союзе Суверенных Республик с правом вхождения в новую Федерацию Республик. Указыва­лось и на другое - в случае непризнания права Юго-Осетинс­кой автономной области на самоопределение и статус участни­ка подписания договора о союзе суверенных государств, Совет народных депутатов Южной Осетии оставлял за собой право о возврате к решению «О преобразованию Юго-Осетинской ав­тономной области в Юго-Осетинскую Советскую Демократическую Республику». Но новые решения Тбилиси, в результате которых демонтировалась Южная Осетия как политико-адми­нистративная структура, так же, как и ходатайства Цхинвальского руководства по восстановлению Юго-Осетинской авто­номной области, не получали со стороны Москвы адекватной реакции. Было заметно, что перед Центром возникали более глобальные и на редкость сложные проблемы, связанные с су­ществованием самого Союза ССР. К осени 1991 года не только Грузия, но и прибалтийские Республики больше напоминали самопровозглашенные государственные образования. Поли­тические основы существования СССР серьезно подрывались Верховным Советом Российской Федерации, противостоящим во главе с Ельциным руководству СССР В этих условиях, когда отдельные части великой державы объявили себя «суверенны­ми» республиками и переставали считаться с кремлевским ру­ководством, Юго-Осетинская автономная область стала напо­минать небольшой тонущий корабль, судьба которого никого, кроме его пассажиров, больше не волновала. Разоренной и бо­лее чем наполовину обезлюдевшей Южной Осетией безраз­дельно «занималась» Грузия, оказавшаяся к осени 1991 года на пике неонацистского национального движения. На югоосетинском политическом поле грузинские лидеры и их войсковые о г-ряды «отрабатывали» традиционные мизантропические «цен­ности» в фашистском их истолковании. При этом социальной базой новых идеологических подвижек, происходивших в Гру­зии, оставалась все та же теневая экономика и национальная коррумпированная прослойка, задававшие тон в политической жизни Грузии. Предпосылкой усиления неонацизма явилась подорванная государственная экономика, огромная армия ра­зоренных крестьян и обнищавших масс населения. На новом этапе идеологического «гиногенеза» наиболее популярными были лозунги о «свободе» и «независимости», главными врага­ми Грузии объявлялись «Кремль» и «Южная Осетия», как «пре­пятствовавшие» осуществлению «национальной идеи» Грузии. Подвергая Кремль разного рода политическим нападкам и объ­ясняя все «несчастья Грузии» кознями Москвы, грузинское руководство приступило в Южной Осетии к тотальному насилию. Кроме геноцида в отношении осетин, оно обусловливалось теперь еще двумя другими задачами: а) вооруженной разнузданностью в Южной Осетии подчеркивалась независимость Грузии от Москвы; б) военной агрессией в Осетии народные массы отвлекались от их социальных нужд, и в обществе легче утверждалась новая идеология и новая власть.

"Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений" М.М. Блиев. 2006г.

 

 

 

 

 

 

 

Просмотров: 5582 | Автор: admin | Дата: 15 октября 2007 | Напечатать

 


 
     

 

 

 

Каталог Осетии - ищете товар, услугу или определенную организацию? А может вы руководитель фирмы и хотите разместить информацию о ней?
Здесь вы найдете все - http://каталог-осетии.рф

 
  Главная страница | Новое на сайте

Copyright © 2005-2016. Осетия и Осетины
При использовании материалов гиперссылка обязательна!